Село Блистова – имение матери А.К.Толстого.

Бор сосновый в стране одинокой стоит;

В нем ручей меж деревьев бежит и журчит.

Я люблю тот ручей, я люблю ту страну,

Я люблю в том лесу вспоминать старину.

 

«Приходи вечерком в бор дремучий тайком,

На зеленом садись берегу ты моем!

Много лет я бегу, рассказать я могу,

Что случилось когда на моем берегу.

Из сокрытой страны я сюда прибежал,

Я чудесного много дорогой узнал!

Когда солнце зайдет, когда месяц взойдет

И звезда средь моих закачается вод,

Приходи ты тайком, ты узнаешь о том,

Что бывает порой здесь в тумане ночном!»

Так шептал, и журчал, и бежал ручеек;

На ружье опершись, я стоял одинок,

И лишь говор струи тишину прерывал,

И о прежних я грустно годах вспоминал.

Много лет подряд такими замечательными строками открываются все поэтические сборники А. К. Толстого, потому что это первое из известных опубликованных его стихотворений, которое было напечатано в 1843 г. в «Листке для светских людей» под заглавием «Серебрянка» (без подписи). «В стихотворении отразились впечатления от жизни в имении матери поэта Блистове в Черниговской губернии; Серебрянка – ручей в Блистове».1

 Еще А. А. Кондратьев, который в 1912 году в Петербурге опубликовал исследование «Граф А.К. Толстой. Материалы для истории жизни и творчества» считал, что «ввиду скудости фактов о жизни Алексея Толстого не представляется возможным писать его биографию» и, что «почитателям таланта А. К. Толстого придется довольствоваться компилятивными статьями скроенными из его биографии, клочков напечатанных писем и отрывков воспоминаний разных лиц, а также более или менее фантастическими легендами о нем». К сожалению, ситуация мало изменилась и сейчас, т. к. до сих пор эта небольшая работа А. А. Кондратьева,  в основном, служит главным источником биографических сведений о поэте. Также в 1912 году в Париже вышло большое исследование об А. К. Толстом, написанное французским историком литературы Андре Лиронделем, который пользовался устными свидетельствами современников поэта, а также письмами и другими документами, утраченными к настоящему времени, но эта книга  до сих пор не переведена  с  французского языка.

Но нам стоит помнить слова А. К. Толстого: «...Все, что я чувствую, все, что я думаю, я все выражаю в стихах».2 В стихотворении «Серебрянка» 26-летний поэт говорит не только о своей любви к «одинокой стране», но и о любви к вполне конкретному лесу и ручью, и даже о «прежних годах», связанных с этими местами. Уже хотя бы поэтому исследователям необходимо обратить более пристальное  внимание  и на это имение Толстых, не ограничиваясь только Красным Рогом и Погорельцами.

Современная Блистова - центр сельского совета, в который входят села Лоска и Слободка с населением 1214 человек. В самой Блистове - 626 человек.3 Расположено оно в 35 км от Новгорода-Северского - на южной окраине  самого северного района Украины. Достоверных письменных источников о времени основания Блистовы нет, но, согласно одной из местных легенд, село возникло на древнем чумацком шляху в месте, где останавливались чумаки отдохнуть «близ става»; другая легенда утверждает, что назвали село как и речку – «Блиставая». Она, протекая глубоким яром, то появлялась, то исчезала среди густых зарослей, т. е «блистала»4 (в старых документах часто встречается название Блиставая, Блиставою и т. д., а не Блистова ). Существует мнение, что в основе названия села древнерусское слово «блестати» т. е. блестеть, сиять.5

Хотя официальная версия основания села - начало ХУІІІ века (6), нельзя игнорировать мнение таких авторов как А. М. Лазаревский и Филарет (Гумилевский), которые события, связанные  с рождением Игоря Святославовича, героя «Слова о полку Игореве» (апрель 1151 г.) относят  к  нашей Блистове, а не  Блистове Менского района.7 Тем более, что и современный историк  утверждает:   в    период польского правления Северщиной воеводская дорога из Чернигова на Новгород-Северский  проходила по «Старой»  Черниговской дороге (известной  еще с княжеских времен) через Мену, Сосницу, Авдеевку, Блистову.8

          В середине ХVІІ века Блистова  вместе с окружающими селами принадлежала Марку Васильевичу Фаю, имевшему «двор в Новгород-Северске с пляцем винничним и с двома коморами на ринку стоячими», а так же владевшему наследственными землями Фаев в южной части Н-Северской сотни (до сих пор соседнее с Блистовой село называется Фаевка). В 1663 г. Марк Васильевич получил универсал гетмана Ивана Брюховецкого на подтверждение «его отчизны».9 В 1680 году был дан универсал гетмана Ивана Самойловича в защиту вдовы Фая Юстиньи (Устиньи) Фаихи от посягательств на ее земли и сеножати.10

           Второй раз Устинья Фаиха вышла замуж за Андрея Зеневича, переселившегося в  Новгород-Северский из Нежинского полка и т. к. Марк Фай был бездетным, Зеневич стал именоваться Фаем-Зеневичем. В августе 1696 г. им было получено полковничье письмо Мих. Миклашевского, писанное по указу гетмана Ивана Мазепы, «на послушество стахорских и блиставских тяглых людей» без «спреки и жодного противенства» под угрозой штрафа в 100 талеров; 11 декабря  1696 г. - гетманский универсал по тому же поводу.11 В конце концов, Иван Мазепа забрал эти села себе, издав в сентябре 1702 г. универсал, по которому Устинья Фаиха получила подтверждение только на часть «добра Фаев», без сел Стахорщина и Блистова.12

            Чуть позже оба этих села были определены «для содержания» представителям российского правительства при гетманах «для дела Его Императорского Величества и советов». Из универсала Даниила Апостола, выданного в Глухове 26 марта 1729 года, следует, что при Скоропадском этим представителем был стольник Федор Протасов, а при Апостоле - генерал-майор Вельяминов, Тайный Советник Наумов и генерал-майор князь Шаховской.13

            Андрей Фай-Зиневич делал попытку вернуть себе эти села, выкупив их у Наумова, но безуспешно, о чем свидетельствует  запись в «Кратком Журнале о походе в Москву Гетмана Даниила Апостола».14 Вероятно, они оставались за А. Н. Шаховским (в 1734 - 1737 г.г.), и И. Ф. Барятинским (в 1737-1750 г.г.),  возглавлявших после смерти Апостола  «правление гетманского  правительства».15

          В 1750 г. Блистова в составе Шептаковской волости, всегда входившей на «на кухню» гетманам, в числе прежних гетманских владений была пожалована Кириллу Григорьевичу Разумовскому - как очередному гетману; а в 1760 г. перешла и она «в вечное и потомственное владение».16 В выписках из «копии актовой книги отдаточной волости: Батуринской, Шептаковской и Почеповской» – гетману графу Кириллу Григорьевичу Разумовскому в 1761 г: «с. Блистова, с подданическими пахотными и безгрунтовими дворами и со всеми  принадлежащими угодии и с мельницею на перекоп речки Лоски, в которой третья часть подданого Семена Бурды; дворов 46».17

           Очень подробные статистические сведения о Блистове - по материалам Румянцевской переписи 1767-1769 г.г. – содержатся  в книге из фондов Черниговского исторического музея им. В.Тарнавского «Материалы для оценки земельных угодий, собранные Черниговским статистическим отделом при губернской земской управе». Т.ХV.- Кролевецкий уезд.18

          До упразднения полкового устройства Блистова входила в Шептаковскую волость Новгород-Северской сотни Стародубского полка.19 На карте этого полка,  составленной в 1766 г. флота капитан-лейтенантом Толбузиным, она вместе с Погорельцами находится среди самых южных селений Новгород-Северской  сотни.20

         Подробную характеристику села того времени дает «Описание Новгород-Северского наместничества 1782 г.»: «Сотни Новгородской село Блистова, принадлежащее к волости Шептаковской… Положение имеет от пахатного высокого поля и видимых частью на оных лесов на покатистых местах, по обоим сторонам яру, которым протекала речка Росава, но ныне засыпалась песком и вся тут высохла. В сем селе церковь деревянная одна. Обывателей: поп Григорий Быстрицкий - 1, церковник - 1, козаков выборных - 3,в них хат - 9; подпомощников -  24, в них хат - 27; их подсуседков - 1,в них хат - 1. Посполитых волости Шептаковской - 72, в них хат - 82.  В сему селу земли пахотной и лесов достаточно, сенокосов же мало, почему обыватели здешние и заимстуют тем от жителей села Мезин и Игнатовки; сами же упражняются в хлебопашестве, а притом некоторые покупают в селе Стахорщине глину, делают из нее горшки, кои и продают в поближних селах. Делают также избы и оные продают приезжающим сюда жителям сел Фаевки, Багриновки и других».21 Церковь деревянная, о которой говорится в «Описании», построена в 1777 г. во имя Ивана Предтечи.22

           В «Ведомости состоящим в Малороссийской губернии селениям с показанием, в каких оные  поветах и сколько в каждом платящих подати мужеска пола душ 1799-1801 г.г.» сообщается «что в повете Новгородско-Северском… село Блистава - 419 душ».23  Русов А.А. в «Описании Черниговской губернии» на конец ХУІІІ в. называет  число дворов - 99.24  

         По « Распределительной записи имений К. Г. Разумовского сыновьям», составленной в апреле 1800 г., Блистова еще в составе Шептаковской волости Новгород-Северского повета перешла Алексею Кирилловичу Разумовскому.25 После реформы 1802 г. Блистова вошла в Покошичскую волость Кролевецкого уезда.

«Я родился в Санкт-Петербурге в 1817 году, но уже шести недель от роду был увезен в Малороссию своей матерью и дядей с материнской стороны г-ном Алексеем Перовским, впоследствии попечителем Харьковского университета, известным в русской литературе под псевдонимом Антоний Погорельский. Он воспитал меня, первые годы мои прошли в его имении, поэтому я и считаю Малороссию своей настоящей родиной»26 - так писал в 1874 году в автобиографии Алексей Константинович Толстой (1817-1875), прозаик, поэт и драматург, личность совершенно уникальная в русской литературе XIX века, до конца не понятая и не оцененная до сих пор. В его биографии сохранилось много белых пятен, хотя перечень исследований жизни   и   творчества   поэта   в   России   насчитывает   десятки диссертаций,    монографий  и    статей.27    

 «Мое детство было очень счастливо и оставило во мне одни только светлые воспоминания» и далее: «я … постоянно возвращался в имение, где протекли мои первые годы, и всегда  испытывал особое волнение при виде этих мест».28 До сих пор нет единого мнения среди исследователей, где же все-таки прошли «первые годы» поэта.  Алексей Константинович написал очень короткую автобиографию для зарубежного издателя, которому, как он полагал, было мало дела до конкретных названий каких-то сел в далекой Малороссии, а документальных источников об этом периоде его жизни не сохранилось. Долгое время считалось, что он был отвезен матерью «в Черниговскую губернию, где в Кролевецком уезде, недалеко от Погорельцев, у нее было имение Блистова»29, потом они переехали в Погорельцы30 или Красный Рог.31 Но после публикаций Г. П. Стафеева, известного брянского ученого, исследователя и популяризатора жизни и творчества А. К. Толстого, в этом перечне остались только Погорельцы и Красный Рог, и утвердилось: «Красный Рог  явился колыбелью творчества  Толстого»,32 хотя сам Стафеев еще в конце 50-х считал, что  в детстве поэта была и Блистова, хотя и не долго.33

   На сегодняшний день среди    исследователей существует  также версия о  том,     что   из  С.-Петербурга     Анна Алексеевна Толстая (Перовская) с ребенком  поехала  в   Почеп,  а  потом,  в   1822 г.  переехала в Погорельцы  (опять о Блистове  речь  не идет – А. Л.).34 До сих пор существуют лишь предположения по поводу того, что же заставило молодую женщину с полуторамесячным ребенком покинуть мужа,  вычеркнув его навсегда из жизни сына, но, вероятно, сразу же последовал и конфликт с отцом, в результате которого ей пришлось уехать из  столицы,   на зиму   глядя,   в глушь, и оставаться   там безвыездно долгих восемь лет.  Вряд   ли    она    могла    рассчитывать    на    опеку    матери и «благодетеля»   в   Почепе.    «Благодетеля» -   графа Алексея Кирилловича Разумовского, полтора месяца   назад   вместе со своей сестрой    Е. К. Апраксиной  крестившего внука, за год до этого бывшего  поручителем     на    свадьбе     «воспитанницы»,35 которой он, конечно, и жениха   титулованного нашел, а еще до этого   имевшего много проблем и даже унижений в связи с неоднократными попытками причислить «воспитанников»  и их мать к дворянству, о чем свидетельствует «Мнение  о просьбе  графа Разумовского поданной в Государственный Совет...».36  Но   это же  «Мнение» свидетельствует и   о крутом нраве графа, который   «к концу жизни стал невыносим».37 Поэтому вряд ли «благодетель» мог предложить неблагодарной   «воспитаннице» что-нибудь лучшее в своих владениях,  чем «медвежий угол» вроде Блистовы.    В Почепе же она могла переждать несколько месяцев, пока было подготовлено    жилье.    В    пользу    этого    косвенно    может свидетельствовать  метрическая  книга  Предтеченской церкви села Блистовы за 1817 год, в которой бывшие до этого просто «крестьяне села Блистовы»  в самом конце года почему-то сразу стали «графскими крестьянами села Блистовы».38 К тому же, именно в Блистове  у    Анны Алексеевны была возможность устроиться   в   доме,      построенном   ее   дедом      Кириллом Григорьевичем Разумовским  для достойной встречи  Екатерины 11, т. к.  с. Блистова было заранее внесено в расписание станций на пути ее следования, составленное в 1786 году.39 Об этом доме пишет Оттон Фон Гунн, который сопровождал в 1805 году А. К. Разумовского в  поездке из Москвы в Киев: «…в Блиставой завтракали мы в доме, построенном… покойным фельдмаршалом для Императрицы Екатерины, когда она изволила ездить в Херсон и Тавриду. Дом сей имеет при входе особливо пристроенную переднюю со многими окнами и лавками вокруг. Так обыкновенно строят в Украине, и таковые пристройки называются гонтами».40

К сожалению, кроме этого его поразило в Блистове только кладбище - «без всякой ограды и даже без малейшего деревца». И еще, что важно, если «от Шептаков ехали по чрезвычайно обширным с гречкою полям», то уже от Блистовы «далее ехали мы чрез сосновый и дубовый лес».41

 Неизвестно, что содержали в себе дарственные акты, по которым получали наследство « воспитанники» А. К. Розумовского42 Перовские, и Алексей Алексеевич в том числе, но в Сумском областном архиве была обнаружена копия дарственной  записи от А. К. Разумовского А. А. Толстой  на с. Блистову, оформленная  только 14 апреля 1822 года  по доверенности, выданной 6 февраля М. К. Крыжановскому.43 Жене М. К. Крыжановского, которая была также «воспитанницей» А. К. Разумовского, имение было подарено еще в сентябре 1814 года,44 т. е. в отличие от «воспитанников», он дарил имения своим «воспитанницам» в качестве приданного, вероятно, имение в Блистове предназначалось как приданное и А. А Толстой. Пока не удалось выяснить, почему оно было подарено ей А. К. Разумовским только перед самой смертью и, хотя из дарственного акта следовало, что «триста две души крестьян с. Блистовы… с принадлежащими им угодиями и заведениями заложены С-Петербургскому Опекунскому Совету 1820 года декабря 10 дня… за занятие графом Алексеем Кирилловичем Розумовским 45300 денег»,45 о проблеме с «землями… Толстой» в Блистове речь шла уже давно, что видно из писем А. А. Перовского С. С. Уварову. Первое из них еще 30 сентября 1819 года из Яготина: – «Возвратившись из Блистовы, куда я отправился  сразу после вашего отъезда отсюда…» и здесь же уже просьба о  помощи для «…освобождения земель моей сестры..»;46 из Почепа 30 января 1820 года: – «…о деле моей сестры… помогите выпутаться из затруднения… заменить  Блистову другими крестьянами…»;47 из Почепа 23 марта 1820 года: - «С нетерпением жду прихода весны, чтобы уехать на некоторое время в Блистову…»;48 из Почепа 27 апреля 1820 года: – «…меня очень огорчает, что освобождению Блистовы мешают очередные трудности. Какой-то рок преследует все, что касается моей бедной сестры».49

Все эти факты позволяют сделать вывод, что отношения между «благодетелем» А. К. Разумовским и «воспитанницей» А. А. Толстой  были далеко не безоблачными, и врядли она могла рассчитывать на счастливую жизнь в Почепе под «опекой матери и «благодетеля».50

Не могла А. А. Толстая поселиться в 1817 году и в Погорельцах, как это можно предположить из автобиографии А. К. Толстого: «…первые годы мои прошли в его имении…», т.е. предполагается - в с. Погорельцах, имении А. А. Перовского, т. к.  есть сведения о том, что даже в 1818 году с. Погорельцы еще не принадлежали  А. А. Перовскому,51 а А. К. Толстой - «наследник всех своих родных», писавший свои воспоминания уже в конце жизни для итальянского издателя, мог не придавать значения таким мелочам, как владение матери «де юре» и фактическое владение имением  А. А. Перовским. Вероятно, оно было А. А. Перовским  же и выкуплено, «заложенное и просроченное»,   когда выставлялось на продажу в 1827 году,52 т. к. сама А. А. Толстая такие деньги не могла иметь. О том, что именно А. А. Перовский занимался имением своей сестры, кроме писем С. С. Уварову, свидетельствуют и письма  директору Новгород-Северской гимназии И. Ф. Тимковскому, с которым А. А. Перовский был в дружеских отношениях: от 30.01.1828 года, в котором он повторяет свою просьбу о скорейшей высылке свидетельства «…на выдачу прибавочных 50-ти тыс. рублей за имение сестры моей Графини Анны Алексеевны»53 и от 30.07.1830 г. -  «…в Блистове приказал я переделать винокуренный завод на паровой шестидесятипудового затора…».54  т. е. сделал его до этого также он.

           « В конце Кролевецкого повета в темном, непроходимом бору, отдаленном от большой дороги Клим Сидорович имел уединенный хутор…»55. Несомненно, имение своей сестры описывает Алексей Перовский (А. Погорельский), для творчества которого было характерно « открытое» автобиографическое начало,56 в романе «Монастырка». Даже фамилии главных героев Блистовский и Орленко  (соседнее село – Орловка), но, согласно требованиям романтизма, краски несколько сгущены и хутор в мрачном лесу представлен совсем уж разбойничьим гнездом.57 Обращает на себя внимание дом самого рассказчика: «Верстах  в трех от поместья Анны Трофимовны на проселочной дороге, впрочем довольно широкой и не слишком тряской, стоит небольшой, деревянный, новый домик, обитый тесом, с железною кровлею, зеленым цветом окрашенною. Дом этот о семи светлых больших окнах, имеет мезонин с балконом и сверх того ганьку - род открытых сеней, где малороссияне охотно проводят вечера на прохладе».58 Мало того, что А. Перовский (Погорельский) почти повторяет описание О. Гунна, возникает ассоциация с южным фасадом главного дома в Краснорогской усадьбе - в реконструкции В. Д. Захаровой, но с мезонином и балконом вместо бельведера, тем более, что и время постройки, и заказчик совпадают, да и архитектор со строителями могли быть те же. Как предполагает В. Д. Захарова, К. Разумовский в Красном Роге воспользовался услугами архитектора И. Е. Старова.59

             Впервые название «Кирилловский хутор» (т.е. тот, который построил Кирилл Григорьевич Разумовский) встречается в конце сентября 1825 года в «Рапорте Кролевецкого нижнего суда по рапорту волостного козачего покошицкого правления о сгоревшем ночью в Кирилловском хуторе графини Анны Толстой гумне» в конце октября 1825 года,60 но графиня с сыном жила тогда уже в Погорельцах.

           Фрагмент карты Генерального штаба (А.А.Шуберта - 60-е годы 19ст.).

Достоверных сведений о том, что детство А. К. Толстого прошло  на этом   хуторе возле с. Блистовы пока нет, как нет таковых и о других предполагаемых местах, но еще раз обратимся к косвенным доказательствам и попробуем привести только некоторые из них. Из письма С. А. Миллер - «… я провел все детство в лесах. Свежий запах грибов возбуждает во мне целый ряд воспоминаний. Вот сейчас, нюхая рыжик, я увидал перед собой, как в молнии, все мое детство во всех подробностях до семилетнего возраста».61 Из письма А. Губернатису – «Единственный сын, не имевший никаких товарищей для игр и наделенный весьма живым воображением, я очень рано привык к мечтательности, вскоре превратившейся в ярко выраженную склонность к поэзии. Много содействовала этому природа, среди которой я жил; воздух и вид наших больших лесов, страстно любимых мною, произвели на меня глубокое впечатление, наложившее отпечаток на мой характер и на всю жизнь и оставшиеся во мне и поныне…. В возрасте 8 или 9 лет я отправился вместе со своими родными в Петербург…».62  Конечно, это было событие, коренным образом изменившее жизнь ребенка,  но получается, что за год до этого  была еще одна значительная перемена в его жизни. Вернемся к продолжению письма С. А. Миллер, которое почему-то цитируют уже реже: «Это продолжалось, может быть, лишь одну тысячную секунды, не больше. Всякий сорт грибов имеет свое особенное свойство, но все они меня относят в прошедшее. А потом являются все другие лесные ароматы, например, запах моха, древесной коры, старых деревьев, молодых, только что срубленных сосен, запах в лесу во время сильного зноя, запах леса после дождя… и так много еще других… не считая запаха цветов в лесу…».63 Так не мог сказать о себе человек, детство, которого прошло, если даже не во дворце, то во флигеле  дворца в Почепе и так не мог сказать человек, «первые годы» которого прошли в Погорельцах, потому что Погорельцы в 1827 году выглядели так: «… село П***. Среди оного, на постепенно возвышающемся холме расположен большой сад в английском вкусе, к которому с северной стороны примыкает пространный двор, обнесенный каменной оградою: на дворе помещичий дом с принадлежащими к нему строениями. Из одних окошек дома виден сад, из других видна улица, а по ту сторону зеленеются конопляники…. Холм окружен крестьянскими избами, выстроенными в порядке…. В некотором расстоянии от села густой сосновый лес закрывает виды вдаль».64 Усадьбу в Красном Роге, которая была ближе к лесу,  А. А. Перовский приобрел в 1835 году, когда А. Толстому  было 18 лет, поэтому все это мог сказать о себе только человек, «первые годы», которого прошли  на  хуторе в лесу под Блистовой, где «…дверь была прямо на двор, имевший в ширину не более осьми или десяти шагов и окруженный плетнем, к коему плотно примыкал густой сосновый лес».65  «В некотором расстоянии » от Погорельцев замечательные леса, но туда  надо было ходить с няньками и гувернерами (и как часто?) и это был уже другой лес, поэтому и «детство провел» не в одном лесу, а  «в лесах». По свидетельству современника А. К. Толстой «любил лес как живого человека», но этого «экскурсиями» вряд ли можно достичь, для этого надо в нем вырасти.

 

Фрагмент карты Генерального штаба (А.А.Шуберта - 60-е годы 19ст.).

«А. А. Перовский выходит в отставку летом 1822 года и поселяется  в наследственном теперь  сельце своем  Погорельцы. Вместе с ним живет и Анна Алексеевна с сыном».66  Но нет сведений о том, что К. Г. Разумовский устроил в Погорельцах одну из своих усадеб  и неизвестно были ли там условия для жизни в 1822 году, или он все таки переселился туда в 1823 году, как сообщает словарь Брокгауза и Ефрона,67  (из Блистовы!   И, вероятно, в самом конце года - по зимнику! - А. Л.). Это подтверждает и «множество старых календарей, начиная от 1824 года…».которые, кроме всего прочего, обнаружил А. К. Толстой, решив обосноваться в 1858 году в Погорельцах.68   Первое же упоминание А. А. Перовского о Погорельцах известно только в январе 1824 года из письма его Алеше Толстому,69 когда, устроив сестру и племянника на новом месте, он смог выехать в длительное путешествие в Крым.

Итак, остается несомненным утверждение первых исследователей жизни и творчества А. К. Толстого о том, что «первые годы» его прошли в имении матери в с. Блистове. К тому же не только А. А. Толстая с сыном жили  на хуторе Кирилловском, но и А. А. Перовский  некоторое время проживал там же, а после смерти А. К. Разумовского и выхода в отставку жил постоянно, вплоть до переезда в Погорельцы.

Позже, когда для жизни в Петербурге и Москве понадобились значительные средства, имение Анны Алексеевны Толстой было заложено и даже дважды в С.-Петербургской сохранной казне - по одному и тому же свидетельству местной Гражданской Палаты от 22 декабря 1827 года за № 10434. Первый раз – 20 марта 1828 года на сумму 128057 рублей и второй раз – 30 апреля 1829 года на сумму 4280 рублей.70 Имение было заложено на 33 года  и долг этот остался в наследство А. К. Толстому. Впоследствии, из-за просрочки платежа процентов, несколько раз поднимался вопрос об описи, взятии под опеку и даже продаже имения, но в последний момент деньги находились, и имение продолжало оставаться у владельцев. Так было с 7 августа 1862 года по 31 декабря 1862 года, с 18 января 1863 года по 24 сентября 1863 года,71 с 10 декабря 1865 года по 19 сентября 1866 года.72

          О том, что тогда это было единственное имение Анны Алексеевны, видно из формулярного списка А. К. Толстого, который в доказательство своего дворянского происхождения  предоставил в Московский архив Министерства иностранных дел свидетельство из Департамента Герольдии 21 сентября 1834 г. за № 8028 о внесении герба рода его в Высочайше утвержденный гербовник. В графе о родовом имуществе вписано: «За родительницей его в Черниговской губернии, Кролевецкого уезда, 350 душ…».73

         Но уже  из письма Михаила Жемчужникова Черниговскому гражданскому губернатору (январь 1837г.) видно, что он принял «по родству» с Анной Алексеевной Толстой в свое распоряжение «все доставшиеся ей и ея сыну по духовному завещанию покойного Алексея Алексеевича Перовского имения, состоящие в Черниговской губернии... в уездах Мглинском, Сосницком, Новгород-Северском и Кролевецком»74 (к сожалению, без указания  конкретних сел – А. Л.).

          В это же время происходят события знаменитого «дела о крестьянине Петре Ефимовиче Скопенко», из которого следует, что в 1836 году приказчиком имения в с. Блистова был крепостной крестьянин  Денис Данилович Нижник,  живший  не в селе, а в хуторе Кирилловском.75

          «Я вспомнил, как двадцать лет тому назад, когда я спешил по большой дороге в Кириллов...» – так начинается один из ранних рассказов А. Толстого «Артемий Семенович Бервенковский»,76 написанный в 1845 г., возможно во время  четырехмесячного отпуска, полученного поэтом в июле.77 «По большой дороге» - «почтовом тракте из г. Сосницы в г. Новгород-Северск... Блистова (Блиставо) село разных сословий при колодцах. Число домов - 102, число жителей муж. пола - 515, жен. пола - 528. Церковь  православная - 1...» и «... по правую сторону этого тракта... Кирилловский , хутор владельческий при речке Лоске. Число дворов - 1, число жителей муж. пола -10, жен. пола - 7. Завод винокуренный.».78

 Конечно же, А. К. Толстой не раз бывал в Блистове и в это время. Известно, что весну 1840 года он провел в Погорельцах, охотился,79  вполне вероятно, ездил и в Блистову. А вот в отпуске в 1843 году (на 28 дней в августе) он, несомненно, посетил Блистову, т.к. осенью в  «Листке для светских людей» было опубликовано стихотворение «Серебрянка» («Бор сосновый в стране одинокой стоит…»)  с рисунком князя Г. Г. Гагарина, на котором  изображен охотник в  костюме   сафари,    лежащий   на   берегу    ручья, т. к.  в    первоначальном   варианте:   «  ... на ружье опершись я лежал одинок»,     и еще другие незначительные отличия от конечного варианта, но    вместо    фамилии автора стояли три звездочки.80  В то время А. К. Толстому было 26 лет и, как отмечали критики,  « его первое печатное стихотворение так   же   безукоризненно,    звучно, изящно по форме, как   и зрелые его стихотворения».

 Для нас же стихотворение «Серебрянка» особенно важно еще и потому, что здесь поэт  все рассказал,  буквально разложил по полочкам -  вот смотрите:  одинокая страна,  в которой сосновый бор и ручей, я их люблю, и  я  с грустью вспоминаю о прежних годах, которые здесь прошли. Этот мотив прослеживается и в других его стихотворениях:  «И у меня был край родной», «Во дни минувшие бывало…», где   поэт грустит об идеальном мире, в котором он жил когда-то.  

Достоверно известно также о пребывании А. К. Толстого в Блистове осенью 1858 г. и весной 1859 г., когда несколько месяцев он жил в Погорельцах. В письме к Н.М.Жемчужникову 28 ноября 1858 года, есть такие строчки: «Из Погорелец можно ездить всякий день в новое красивое место; есть и хутора, есть и Блистова - другое лесистое, дикое и сильно симпатичное место, 40 верст  отсюда»81 (т.е хутор Кирилловский а не с.Блистова – А. Л.). А из жалобы священника села Блистовы Петра Стефановского на крестьян, самовольно отобравших землю у церковного притча (1865 г.), следует, что именно в 1859 году граф А. Толстой обратил внимание на бедную жизнь священнослужителей блистовских и « повелел отрезать из собственной земли Блиставскому священнику 15 десятин; дьячку и пономарю соразмерно с священником». Но в 1861 году управляющий Бахметьев отобрал у них эти земли, а взамен дал земли из участка, выделенного крестьянам, что и послужило причиной конфликта при смене священника в 1864 году.82

             По данным на 1861 год все население Блистовы в 513 податных душ имело: усадебной земли - 44 дес, пахотной - 2977 дес, сенокосов – 194 дес, леса - 109 дес, работных людей было: мужчин - 289, женщин - 307. Они имели 69 волов и 121 лошадь.83Среди 513 податных душ казаков было 154 со 119-ю дес земли84 и 360 ревизских душ А.К.Толстого, за которыми было 3148 дес земли.85 На протяжении многих лет здесь также жили мелкопоместные дворяне: Быстрицкие, Бугославские, Пиневичи и др.86   После реформы 1861 года (по состоянию на 1865 год) земли у А.К.Толстого осталось «во владении» 1832 дес. и поступило в наделы 329 «ревизким душам крестьян» 1316 дес.87

             Летом (25 июня) 1885 года вдова Действительного Статского Советника С.А.Толстая, находясь в Красном Роге, подавала докладную записку в Черниговское губернское правление о порубке леса крестьянами блистовского общества, в  принадлежащей ей  блистовской экономии и о бездействии местной полиции, которая не приняла должного участия в этом деле.88 А до этого, 18 июня, прошение о том же из хутора Кирилловского подавал поверенный графини губернский секретарь Н. Р. Сияльский.89

             Из рапорта Кролевецкого уездного исправника, который «лично познакомился с положением дел в экономии графини Толстой», и очень обстоятельно отчитался об этом, следует, что А. К. Толстой завещал свои имения « в пожизненное владение» С.А.Толстой, а  «в вечное» Н. М. Буда-Жемчужникову (двоюродному брату). С.А.Толстая все имения в Мглинском (Красный Рог и Пьяный Рог) и Кролевецком уездах отдала в аренду на 30 лет С. П. Хитрово (своей племяннице) за 3000 рублей в год, а с 1875 г. по 1888 г. имение в с. Блистове было отдано в аренду за 1600 рублей в год К. Баранцевичу -  от него управлял имением мещанин А. Круковский.90 Лесное управление возглавлял бобруйский мещанин Самуил Шнекенбергер, в подчинении у которого « три лесные стража, получающие содержание от главной экономической конторы Красного Рога». С.А.Толстая и С. П. Хитрово в имении никогда не появлялись, и оно было предоставлено на волю арендаторов и лесников, что и привело к массовому хищению леса не только крестьянами близлежащих сел, но и  лесниками,  и арендаторами.91

          Арендатор все земли раздавал крестьянам испольно:92 лучшие земли «с половины с отработком в две подводы и два пеших дня от десятины, худшие – с трети без отработков», кроме того, в обоих случаях бралось на обмолот по 30 копеек, от каждой копы, припавшей на долю экономии. Условия одинаковые были для жита и для гречи.Почва в окрестностях села в основном была бедная и песчаная, но попадались и полоски супесчаной.93 Урожайность была низкой и крестьяне с. Блистовы  занимались еще и «поденщиной»: ходили пильщиками по соседним селам, нанимались на сахарные заводы в Орловку, Авдеевку, Вишенки и т.д.94         

          Само имение находилось при хуторе Кирилловском (или Графском) «бывшем экономическом дворе графа Алексея Толстого, называемого крестьянами по старой памяти «заводом» (при нем прежде была винокурня)».95 Усадьба занимала 9 дес земли, пашни- 800 дес, сенокоса – 48 дес, леса и кустарника – 600 дес Всего – 1457 дес При имении были 2 водяные мельницы на реке Лоске, наемных рабочих находилось 7 человек (6 мужчин и 1 женщина), лошадей - 5, волов и быков - 2, коров - 2, телят – 4.96

           В 1897 году в с. Блистова было 374 двора, 2273 человек жителей и была открыта земская школа,97а по данным 1901 года в с. Блистове «волости Покошичской при ручье Графчина -  жителей мужского пола - 891, женского пола – 870».98

            В декабре 1897 года Черниговская Духовная Консистория начала хлопоты по расширению церкви в с. Блистова  и, хотя чертежи и смета были утверждены  в январе 1899 года,99 по-видимому, старая церковь уже не подлежала ремонту, т. к. в 1905 году были утверждены чертежи и смета на постройку новой деревянной церкви по проекту епархиального архитектора П. Вакуловского.100Старая церковь была разобрана и построена новая с незначительным смещением на северо-запад. Этот великолепный деревянный  храм, словно вырастающий из холма,  долгое  время использовавшийся под колхозные склады, сейчас уже находится в аварийном состоянии.

          Милорадович Г. А.  называет владельцем имения в с. Блистове в 1901году А. М. Жемчужникова.101 Он же числится и в «Списках землевладельцев 3 стана Кролевецкого уезда на 1906-1907 годы».102  После  смерти А. М. Жемчужникова в 1908 году, имение было в общем владении его дочерей Ольги Алексеевны Боратинской (в других источниках – Барятинской. – А. Л.) и Анны (в других источниках – Анастасии – А. Л.) Алексеевны Жемчужниковой, которые в 1914 году распродали часть имения (более 200 десятин) козакам и крестьянам с. Блистовы.103

В 1924 году в с. Блистова Рыковского района, уже Новгород-Северского округа, было 376 хозяйств с населением 1950 человек.104 Имение разделило судьбу большинства дворянских усадеб послереволюционного времени. Территорию леса, на которой оно находилось, местные жители называют «Грабщиной» и уверены, что это имя последнего владельца имения.105 Очевидно, это искаженное «Графщина» (Так же некоторое время называлась и речка Блистова – см.  выше).

 Благодаря старожилу села Слободки Ивану Степановичу Шкарабуре удалось выяснить, что усадьба находилась на берегу реки Лоски, в месте, удаленном  на расстояние около 3 км от с. Блистовы, между селами Слободка и  Ушивка. Расположена она была в самом красивом месте, на излучине левого берега  Лоски, на южном склоне невысокого холма, с которого открывался живописный вид на широкую долину и густой лес на противоположной стороне. Судя по остаткам фундамента, которые видел Иван Степанович, дом был достаточно большим (около 16м х 12 м) и был обращен фасадом к долине. Здесь же были видны  остатки хозяйственных построек, а на реке  - сваи от  мельницы.

По словам И. С. Шкарабуры,  Серебрянкой  называется не только ручей, но и криница, из которой он вытекает («…из сокрытой страны я сюда прибежал»).  Берет начало Серебрянка метрах в двухстах от бывшей усадьбы Толстых. Иван Степанович помнит,  что даже лет 50-60 назад ручей  был длиной около ста метров и шириной около двух метров. Сейчас  р. Лоска поменяла русло, и путь Серебрянки стал короче, да и сам источник заилился.

Урочище вокруг Серебрянки (площадью 3 га) с  таким же названием является гидрологическим памятником местного значения. Охраняется участок смешанного сосново-дубового леса с отдельными вековыми дубами и многочисленными подземными источниками. Урочище – постоянное место водопоя диких животных. Недалеко находится другой гидрологический памятник « Ушивская криница» - один из самых больших в области источников. Местные жители называют ее « Подземной рекой».106

Как  отметил  еще М. Домонтович «…в Черниговской губернии, особенно в Новгород-Северском уезде находится много ключей с отличной водой и, хотя ключи эти не заключают в себе ничего особенного, но здешний народ издревле почитает их как что-то чрезвычайное».107 С криницами связано очень много легенд и поверий.108 Так одна из них, записанная в с. Блистове ученицей 11-го класса Антипенко Светланой, говорит о том, что в ночь на Ивана Купала оживают и разговаривают ручейки и, если внимательно прислушаться к их шуму, можно понять, о чем они говорят. (« Приходи ты тайком, ты узнаешь о том, что бывает порой здесь в тумане ночном!»).

              Но кроме криниц богат Северский край еще и древними  городищами, курганами, могильниками. Многие из них обследованы известными археологами Х1Х века - уроженцем хутора из-под Стахорщины  Самоквасовым Д. Я. и родственницей Толстого Уваровой П.С.109 В районе Ушивской криницы, т.е. очень близко от усадьбы и от Серебрянки находится  городище  и курганный могильник времен Древней Руси.110 (« Много лет я бегу, рассказать я могу, что случилось когда на моем берегу»).

          По сведениям  И. С. Шкарабуры,  в остатках хутора проживала семья Сельчуков из с. Блистовы, работавших на мельнице. Долгое время  женщина из этой семьи жила там одна и поэтому хутор Графский остался в памяти жителей окрестных сел как «Сельчучкин хутор», так это место называют и теперь. Остатки дома, называемого местными жителями «красные комнаты», разобрали после войны для строительства фермы.

Но именно на этом месте вспоминается известная истина: чтобы понять поэта - надо побывать на его родине. Вернемся еще раз к словам А. К. Толстого: «…я очень рано привык  к мечтательности, вскоре  превратившейся в ярко выраженную склонность к поэзии. Много содействовала этому природа, среди которой я жил: воздух и вид наших больших лесов, страстно любимых мною, произвели на меня глубокое впечатление, наложившее отпечаток на мой характер и на всю мою жизнь». Становятся понятней слова современника о поэте: «Он любил лес как «живого человека»,  ведь у А. К. Толстого лес не просто лес,  а «юный» и «в зеленый дым одетый», и к тому же «теплых гроз нетерпеливо ждет»;  вот «лес дремучий» его уже «обнимает», а сам поэт разговаривает с ручейком,  утешает раненую березу и просит прощения у колокольчиков, которые топчет его конь! Здесь становятся  ощутимей строки,  буквально наполненные запахами леса: «как запах дерев я люблю», «и смолой и земляникой пахнет темный бор», «О лес, о жизнь! О солнца свет! О свежий дух березы!» и, наконец, его  торжествующий  гимн жизни, который начинается с  «Благословляю вас, леса!»

         Но именно на этом месте вспоминается известная истина: чтобы понять поэта - надо побывать на его родине. Вернемся еще раз к словам А. К. Толстого: «…я очень рано привык  к мечтательности, вскоре  превратившейся в ярко выраженную склонность к поэзии. Много содействовала этому природа, среди которой я жил: воздух и вид наших больших лесов, страстно любимых мною, произвели на меня глубокое впечатление, наложившее отпечаток на мой характер и на всю мою жизнь» и еще «…нет ничего лучше на свете, как жить в деревне да еще в лесу».111 Становятся понятней слова современника о поэте: «Он любил лес как «живого человека»,  ведь у А. К. Толстого лес не просто лес,  а «юный» и «в зеленый дым одетый», и к тому же «теплых гроз нетерпеливо ждет»;  вот «лес дремучий» его уже «обнимает», а сам поэт разговаривает с ручейком,  утешает раненую березу и просит прощения у колокольчиков, которые топчет его конь! Здесь становятся  ощутимей строки,  буквально наполненные запахами леса: «как запах дерев я люблю», «и смолой и земляникой пахнет темный бор», «О лес, о жизнь! О солнца свет! О свежий дух березы!» и, наконец, его  торжествующий  гимн жизни, который начинается с  «Благословляю вас, леса!»

          Нет уже и следов усадьбы, и Серебрянка почти заросла, но остались легенды и даже поговорки, связанные с этими местами. А в  Доме культуры села Блистовы два фольклорных ансамбля: «Срібнакриниця» - взрослый и «Срібнакриничка» - детский, они тоже напоминают о Серебрянке.112

И еще о Серебрянках: кринице, ручье и урочище… Называя стихотворение «Серебрянка» А. К. Толстой, конечно же, имел в виду не только ручей, но и всю местность вокруг с тем же названием.  «Серебрянка» - это не просто  «одинокая страна», а  страна детства. («Я люблю ту страну!»).  И если в последующих публикациях не было этого замечательного  названия, то, возможно, только потому, что к тому времени был уже роман о князе-рыцаре, которому автор не мог дать фамилию Погорельский, Краснорогский и даже Блистовский, потому что они уже были в литературе. Традицию же следовало бы продолжить, а тут и фамилия достойная, и традиция не нарушена, и любимые места увековечены.  К тому же, исследователи заметили, что в «образе главного героя своего романа А. К. Толстой выразил глубоко личный идеал… характером А. К. Толстого проникнута каждая страница «Князя Серебряного»… многие мотивы романа просто автобиографичны».113

             Источники и литература.

1. Толстой А.К. Собрание сочинений в 4-х т. М., 1963-1964. Т.1, 1963,  с.735.

2. Толстой А.К. Собр. соч. Т.4, с.282.

3. Сведения сельского совета с. Блистовы.

4. Незабудка Г. ...І двохСєрєбрянокпісні.// «Сіверський край» (м. Н-Сіверський), 2006, 8 квітня, с.5.

5. СапонВ.М.Таємниціназв наших міст і сіл. Чернігів, 2005,  с.10.

6. История городов и сел УССР. Черниговская область. К., 1983, с.507; Чернігівщина. Енц.довідник. К., 1990, с.73.

7. Лазаревский А.М. Описание старой Малороссии Т.1. Полк Стародубский. К., 1888, с.218;  Филарет (Гумилевский Д.Г.). Историко-статистическое описание Черниговской епархии.  Т.5, Чернигов,1874, с.370.

8. КулаковськийП.Чернігово-СіверщинаускладіРечіПосполитої 1618-1648, К., 2006, с.48.

9. Модзалевский В.Л. Малороссийский родословник. Т.5, в.3, К., Спб., 2004, с.20,23.

10. Там же, с.23.

11. Там же, с.20-22.

12. Там же, с.23.

13. Материалы для Отечественной истории.// Сост. М. Судиенко. Т.1, К., 1846, отд.2. Универсал № ХLІІ.

14. Там же, отд.1, с.121.

15. Довідник з історіїУкраїни. А-Я.  К., 2001, с.619.

16. Лазаревский А. М. Указ.соч., с.183; Институт рукописной книги национальной библиотеки им. В. И. Вернадского (далее ИРНБУВ), Ф.Х, №7650, л.1.

17. Черниговские губернские ведомости. 1853, №35. Часть неофициальная, с.351.

18.«Материалы для оценки земельных угодий, собранные Черниговским статистическим отделом при губернской земской управе». Т.ХV.- Кролевецкий уезд. Чернигов. 1887,  с.220-225.

19. ГенеральнийописЛівобережноїУкраїни 1765-1769. Показчик населенихпунктів. К., 1959, с.9.

20. Поклонский Д. Р. Стародубская старина ХІ-ХІХ в в. Кн.3.- Клинцы, 2000, с.200,211.

21. Опис Новгород-Сіверськогонамісництва (1779-1781). К., 1931, с.10.

22. Чернігівщина. с.73.

23. Ведомость состоящим в Малороссийской губернии селениям с показанием, в каких оные поветах и сколько в каждом платящих подати мужеска пола душ (1799-1801 г.г.) // Описи ЛівобережноїУкраїникін. ХУІІІ - поч. ХІХ ст. К., 1997, с.140.

24. РусовА.А.Описание Черниговской губернии. Т. 2. Чернигов, 1899, (Приложение ІУ. Списки населенных мест Черниговской губернии), с.178.

25. Распределительная запись имений Кирилла Григорьевича Разумовского между сыновьями. // Киевская старина. 1891. Т.ХХХІV, с.320.

26. Толстой А. К. Собр. соч. Т.4, с.423.

27. Федоров А.В. А.К.Толстой: проблемы изучения творческого наследия.// А.К.Толстой и русская культура: материалы межгосударственной научно-практической конференции, посвященной 190-летию со дня рождения поэта.  Брянск, 2008,   с.7-19. (далее - Материалы…).

28. Толстой А. К. Собр. соч. Т.4, с.423.

29. Кондратьев А. А. Граф А. К. Толстой: Материалы истории  жизни     и     творчества. СПб.,  1912, с. 8;  Ямпольский И. Г. А. К. Толстой (Вступительная статья). // Толстой А. К.  Собр. соч. Т.1, с.4.

30. Ямпольский И. Г. Указ.соч., с.4.

31. Кондратьев А. А. Указ.соч., с.8.

32. Стафеев Г. И. Сердце полно вдохновенья. Тула, 1973; Стафеев   Г.   И.   Алексей   Константинович  Толстой   в Красном Роге.  Тула, 1977;     Стафеев Г. И. В отчизне

пламени и слова.  Тула, 1983. и др.

33.Государственный архив Черниговской области (далее - ГАЧО). Ф. Р-3621, оп.2, д.184, л.8.

34. Захарова   В.   Д.   Краснорогская      усадьба      Алексея  Константиновича Толстого.  Брянск, 2005,  с.15,16.

35. Кондратьев А. А. Указ.соч., с.4;  Захарова В. Д. Указ. соч., с.15.

36. ИРНБУ,   Ф.VIII, № 1567, л.1,2.

37. Васильчиков А. А. Семейство Разумовских. В 5-ти т. Т.2, СПб., 1880, с.109.

38. ГАЧО, Ф. 679, оп.1, д.115, л.530-540.

39.Путешествие Ея Императорского Величества в полуденный край России, предприемлемое в 1787 году.  Спб., 1786,  с.141.

40. ГунОттон. Поверхностные замечания по дороге от Москвы в Малороссию в осени 1805 года. М., 1806, в 3 ч. Ч.2, с.16,17. Гонт – «покрівельнийматеріал у виглядідощечок», щовідлатинського «балочнеперекриття; в,язаннядаху; крокви». (Етимологічний словник українськоїмови. Т.1.  К., 1982, с. 561.)

41. Там же, с.17.

42. Записка о последних годах гр. Ал. К. Разумовскаго в Малороссии, его кончине и похоронах.(1818-1822 г.г.) //Киевская старина. 1894, №4, с.431.

43. Государственный архив Сумской области (далее ГАСО), Ф.598, оп.4, №21, л. 92-94.

44. РО ГПБ, Ф.1000, оп.1, ед. хр. №2046, л.1.

45. ГАСО, Ф.598, оп.4, №21, л. 92-94.

46. Антоний Погорельский. Сочинения. Письма. СПб., «Наука»,  2010, с. 396.

47. Там же, с.398.

48. Там же, с.401.

49. Там же, с.403.

50. Захарова В. Д. По следам Алексея Константиновича Толстого. Вымыслы и правда. Брянск, 2008, с.12.

51. ЧОГА, Ф.679, оп.2, №2818, л.3, 3обр.,7.

52. Жуков Д.А. А. К. Толстой (ЖЗЛ). М., 1982,  с.32.

53. ИРНБУВ, Ф. 111, № 4921, л.1обр.

54. ИРНБУВ, Ф.111, № 4923, л.1обр.).

55. Погорельский А. Избранное.  М., 1985, с.303.

56. Там же, с.14.

57. Там же, с.310-326, 335- 338. 

58. Там же, с.347. Ганька - это искаженное  «ганок», «ганкі», «східці на ганку» - слово, заимствованное из польского языка - «галерея, коридор, стежка», в свою очередь, позаимствованное из немецкого языка - «коридор, хід, вхід».(Етимологічний словник українськоїмови. Т.1. К., 1982, с.468.)

59. Захарова В. Д. Краснорогская усадьба Алексея Константиновича Толстого. Брянск, 2005, с.22.

60. ГАСО. Ф.598, оп.1, д.37, л.142 обр.

61. Толстой А. К. Собр. соч. Т.4, с.51. (Письмо  С. А. Миллер).

62. Там же, с.423. (Письмо А. Губернатису).

63. Там же, с.51.

64. Погорельский А. Указ.соч., с. 24.

65 Там же, с.311.

66. Там же, с.11.

67. Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. СПб., 1890-1907. Т.45, с.347.

68. Толстой А. К. Собр. соч.  Т.4, с. 100. (Письмо Н. М. Жемчужникову).

69. Антоний Погорельский. Указ.соч., с.416.

70.  ГАЧО, Ф.127, оп.7-а, д.3599, л.1,5.

71. ГАЧО, Ф.127, оп.7-а, д.3599, л.1-114.

72. ГАЧО, Ф.127, оп.9-а, д. 4376, л.1-23.

73. Кондратьев А.А. Указ.соч., с.13.

74. ГАЧО,  Ф.127, оп.1, д.5094, л.1

75. ГАЧО, Ф.128, оп.1, д.5140, л.3.

76. Толстой А. К. Собр. соч. Т.3, с.130.

77. Кондратьев А.А. Указ.соч., с.22.

78. Список населенных мест по сведениям 1859 года. Т.ХLVІІІ.Черниговская губерния.- Спб., 1866, с.88.

79. Захарова В.Д. Был ли Красный Рог местом детства А.К.Толстого? // Брянская учительская газета. 2005, № 48, с.11.

80. Кондратьев А.А. Указ.соч., с.22.

81.  Толстой А. К. Собр. соч.  Т.4, с.98. (Письмо Н. М. Жемчужникову).

82. ГАЧО, Ф.127, оп.9-а. д.2484, л.1-4.

83. ГАЧО, Ф.144, оп.1, д.289, л.192обр.,193.

84. Там же, л.150обр.,151.

85. Там  же, л. 34обр.,35.

86. ГАСО, Ф. 817, оп.1, д.6, с. 7, 9, 70.

87. ГАЧО, Ф.144, оп.1, д.655, л. 27обр., 28.

88. ГАЧО, Ф.127, оп.131-а, д.111, л.1-4.

89. ГАЧО, Ф.127, оп.131, д.97, л.1,2.

90. ГАЧО, Ф.127, оп.131-а, д.111, л.7обр., 8; Материалы для оценки земельных угодий, собранные Черниговским статистическим отделом при губернской земской управе. Т.ХV.- Кролевецкий уезд. Чернигов, 1887, с.200.

91. ГАЧО, Ф.127, оп.131-а, д.111, л.7,8.

92. Материалы для оценки... с.198. (Примечание).

93. Там  же, с.200.

94. Там же, с. 42 (Приложение № 4).

95. Там же, с.2. (Приложение №1), с.13 (Приложение №3);  ГАЧО, Ф.127, оп.131-а, д.111, л.8.

96. Там же, л.13, 64.

97. Русов А. А. Указ.соч., с.178.

98. Список населенных мест Черниговской губернии, имеющих не менее 10 жителей по данным 1901 года. Чернигов, 1902, с.15.

99. ГАЧО, Ф.127,оп.10, д.1647, л.1-4.

100. ГАЧО, Ф.127, оп.38-б,  д.73, л.1-7.

101.Милорадович Г. А. Родословная книга Черниговского дворянства. Т. 2, Спб., 1901, Приложение. с.ХVШ.

102. ГАСО, Ф.817, оп.1, д.57, л. 19обр., 20; Ф. 817, оп.1, д.65, л.18обр.,19.

103. ГАСО, Ф.817, оп.1, д.171, л. 55обр., 56, 67обр., 68.

104. Список населенных мест Черниговской губернии 1924 г. Чернигов, 1924, с.72.

105. «Сіверський край»,2006, 8 квітня, с.5.

106. Федірко А.М. Рідний край Новгород-Сіверщина. Чернігів, 2004, с.50,116.

107. Материалы для географии и статистики России. Черниговская губерния. // Сост. М. Домонтович.  Спб., 1865, с.365.

108. Дем,яненко Р.Ф. Легенди, переказиСіверського краю.  Чернігів, 2006, с.92; «Сіверський край», 2004,  3 липня, с.5;  «Сіверський край»,  2006, 8 квітня, с.5.

109. Материалы  фондов краеведческого отдела музея-заповедника «Слово о полку Ігореве»;  Корзин- Пиотровский К.В. Материалы для истории, этнографии и статистики Черниговской губернии.  Чернигов, 1887, Раздел «Курганы».

110. Справка Черниговской областной инспекции по охране памятников истории и культуры № 2699 от 31.10.07 г.

111. Толстой А. К. Собр. соч.  Т.4, с. 181. (Письмо А. П. Бахметеву).

112. «Сіверський край», 2006, 8 квітня, с.5.

113. Ящинин Г.С. С рыцарской прямотой. // В мире книг, 1986, № 8, с.55,56.

 

Лагута Антонина. Блистова имение матери А. К. Толстого. //А. К Толстой и русская культура: материалы межгосударственной научно-практической конференции, посвященной 190-летию со дня рождения поэта.  Брянск, 2008. (С изменениями  и дополнениями.)

 

 

Новгород-Сіверський Історико-культурний музей-заповідник "Слово о полку Игоревім"

 Матеріали сайту захищені авторськими правами законодавства України,